Сегодня неожиданная история про меня.
После первого курса истфака нас, юных археологов, отправили на практику. В мечтах – курганы, старые монетки, кости мамонта… А на деле – тридцать булок хлеба и семь часов ожидания под липами.
Но по порядку.
Сначала мы закупали тушёнку и крупы на “Речном вокзале”, а наш руководитель, доктор наук Андрей Павлович, вдруг озадачил: «Купите тридцать булок белого». Мы обняли эту гору хлеба, как сокровище, и вернулись… к отсутствию машины. Сотовых в 98-м у нас не водилось, пейджеров тоже. Пришлось коротать время творчески: строили из булок пирамиды, сочиняли невероятные истории и тихо сходили с ума под солнцем.
Через семь часов выяснилось, что нас… забыли. Обратный путь занял ещё два с половиной часа. К ночи мы добрались до лагеря, где нас ждала чёрная-чёрная болотная речка (ну, прелесть!) и ужин у костра.
Шурфы и философия
Оказалось, настоящая археология подождёт – сначала надо заработать на экспедицию, копая шурфы для будущей трассы — Северного обхода Новосибирска. Метр на метр, на штык лопаты. Сначала аккуратно снимали дёрн («Мы за экологию!»), потом били глину, корни, а иногда и собственные мозоли.
Но Андрей Павлович был выдумщик. Вечерами мы занимались экспериментальной археологией: делали иглы из карасьих костей и нитки из лосиных жил. А ещё находили крошечные черепки древней керамики – просто под ногами!
Кулинарные подвиги
Дежурные по кухне считали картошку, как драгоценность: одна – на суп, две – на «деревенскую», три – на пюре. Толкушки не было, но находчивый Митя выстругал полено – и мы долбили пюре в котле, как первобытные люди. После десяти шурфов оно казалось деликатесом.
Однажды я заблудилась по дороге в лагерь. Шла полтора часа по кругу, а когда наконец вышла, все уже поели и даже не заметили моего отсутствия. «Оля? Ну, наверное, в лес пошла…».
Мамонты, мыло и пионерские плакаты
Потом нам повезло: встали на берегу Оби, где Андрей Павлович лизнул камешек и объявил: «Это кость мамонта!» (Если язык прилипает – значит, древняя). Мы тут же начали облизывать всё подряд. Вскоре мальчишки ныряли за костями бизонов, а лагерь превратился в филиал музея.
Купались в огромной Оби с восторгом и… потеряли мыло. Трижды. Кидали друг другу в реке – глупо, но весело. А ещё «исследовали» заброшенный пионерлагерь и украсили стоянку плакатами про коммунизм.
Финал (не героический)
В конце нас ждал Алтай и настоящий курган, но мы так устали, что копали могильник с ленцой и опоздали на отъезд. Андрей Павлович рассудил просто: «Вы трое – домой». Обидно? Да. Но сейчас вспоминается только смешное: хлебные пирамиды, полено-толкушка и кости, которые надо лизать.
Вот такая археологичка – не про сокровища, а про то, как из тушёнки, усталости и абсурда родилась история моего лета.