Валентина Ефремовна Давыденко (в девичестве Клименкова) рассказывает правнуку Дане Давыденко о блокаде.
Разговор состоялся на кухне в квартире бабушки в Новом поселке примерно в 2016 году.

«Там был в [нашей] школе госпиталь, а меня перевели в другую школу. Надо было с километр идти пешком. Далеко. И вот мы так учились в школе. В школу дети еле идут, слабые, потому что голодные все. Идем, идем, идем, приходим в школу, начинается занятие. Только урок начался — звонок. Как начнут бомбить, как начнут, так аж штукатурка трещит. Там всех нас в бомбоубежище вниз, в подвал в бомбоубежище. Там тоже слышно, как бьются эти снаряды, падают, но уже спокойнее. Кончилась тревога, сразу сигнал такой: “Тревога закончилась”. Мы все выходим опять, поднимаемся туда, начинается. А там холодно. Поставили печку железную. Железную печку. Привозят дрова. Дров-то нет в городе. На окраине, вот как в каждом городе, на окраине домишки деревянные. Вот из этих, ломали дома, потому что жителей уже не было. Кто умер, кого убило, кого как. И привозили дрова эти. И все скорее ближе, ближе к печке. Учеников с каждым днем становилось все меньше и меньше. Кто умирал, кто не мог прийти, кто как. И было очень трудно. Вот такие вот дела. Ну и все-таки учились. И после нам уже дали… табель тогда давали, что окончили 6 классов. Ну, учились не полностью, а так, чуть-чуть проходили. Но самое главное было то, что ученикам давали тарелку супа. А суп какой был. Вот я и сейчас не вспоминаю. Мутная водичка. Неизвестно, что там было. Там не было ни крупы, ни картошки, ни лапши, ничего не было. Видно, была мука, ее разбавляли, и вот, как чай, жидкая, мутная такая водичка. Вот эта тарелка супа нам всем помогала. Все были рады. Рады не так учебе, как рады поесть этот суп. Вот этот суп помогал нам. С помощью его мы остались живы. А так бы поумирали все. Вот такие дела«.

Из всей семьи Клименковых в 1942 году из Ленинграда выехали только Валя и её мама Пелагея.

Позволю себе немного остановиться на таком бесценном источнике бытописания как районные газеты.

Регулярность газеты приобретают после 1930-х годов (в 20-е годы районные газеты если и выходили, то сохранились не полностью). Есть электронные версии газеты «Советский Север» (Колпашевский район Томской области), «За коммунизм» (Чулымский район НСО), «К новым победам» (Коченевский район НСО). Были районные газеты и в Пышкино-Троицком районе Томской области, но при их просмотре я сделала вывод, что поселки спецпереселенцев, к которым относились жившие в данном районе Путинцевы (Сидор, Евдокия и их дети Капитолина, Василий, Мария), не упоминаются в газетах совсем. Речь в статьях идёт о старых деревнях. Так же и в «Советском Севере» мне не удалось встретить ни одного упоминания о спецпереселенцах. Их как будто и нет вовсе, а есть только новая советская жизнь, трудная и героическая.

Районные газеты сохранили важные моменты простой жизни, частенько я копировала себе заметки, в которых нет прямого упоминания нужных фамилий, но есть интересные зарисовки из жизни.

Сегодня я делюсь ещё одной маленькой заметкой о Евгении Филипповне Давыденко (в девичестве — Прудниковой). Евгения родилась в Могилёвской губернии (сейчас — территория Смоленской области) и в 1911 году вместе с мужем Игнатием Евсеевичем Давыдовым (Давыденко) переселилась в Томскую губернию поселок Лаптёвский.
Мне пока не удалось найти ни одной фотографии Евгении Филипповны, но может что-то ещё всплывёт из архивов её внуков.

«Личным примером»
Статья из газеты «За коммунизм» от 7 августа 1941 года

«На полях артели «Красный май» Чикманского сельсовета кипит горячая работа.
— Никогда ещё не было такой ржи, — говорит 70-летняя старушка Е.Давыденко [Евгения Филипповна Давыденко 1879-1951]. — Как же тут усидишь?

Она усердно трудится в поле, выполняет дневное задание на 140-150 процентов.

Также с патриотическим подъемом работает 68-летняя старушка Ф. Меркулова, выполняя норму на 140 процентов.

Ежедневно жнут рожь выборочно 17 человек.

Сам председатель колхоза Г. Давыденко [Григорий Игнатьевич Давыденко 1904 г.р.] лично участвует в полевых работах, показывая образцы высокопроизводительного труда и заражая своим примером остальных колхозников. На сенокосе из 5900 центнеров застогованного сена он сметал 2776 центнеров.

Хорошо работают и женщины, Александра Сех при норме 50 центнеров копнит 80-85 центнеров.

Ударным трудом на полях поможем Красной армии разбить кровавых фашистских извергов.

Н. Кругляков»

#давыденко #давыдовы #клименковы #прудниковы